Так вот, он сказал: "Не существует ничего, кроме пениса и математики! Ничего. Только пустота..." Нет, нет, погодите. Знаете, чего он ждет, чтобы возобновить наш разговор? -- Да нет же, мсье Баритон, ничего я не знаю! -- Значит, он вам еще не говорил? -- Нет, еще нет. А мне вот сказал. Он ждет наступления века математики. Так вот просто. Решение его непоколебимо. Как вам нравится такая наглость в обращении со мной, человеком старше годами? Его начальником? Я попытался обернуть все в шутку, чтобы отвести разговор от этой чудовищной выдумки. Но Баритон уже не понимал шуток. Он ухитрился вознегодовать по многим другим поводам. Ах, Фердинан, я вижу, вы воспринимаете все это как нечто безобидное. Ни к чему не обязывающие слова, очередная экстравагантная чепуха -- вот что вы думаете.
